МЕНЮ


Фестивали и конкурсы
Семинары
Издания
О МОДНТ
Приглашения
Поздравляем

НАУЧНЫЕ РАБОТЫ


  • Инновационный менеджмент
  • Инвестиции
  • ИГП
  • Земельное право
  • Журналистика
  • Жилищное право
  • Радиоэлектроника
  • Психология
  • Программирование и комп-ры
  • Предпринимательство
  • Право
  • Политология
  • Полиграфия
  • Педагогика
  • Оккультизм и уфология
  • Начертательная геометрия
  • Бухучет управленчучет
  • Биология
  • Бизнес-план
  • Безопасность жизнедеятельности
  • Банковское дело
  • АХД экпред финансы предприятий
  • Аудит
  • Ветеринария
  • Валютные отношения
  • Бухгалтерский учет и аудит
  • Ботаника и сельское хозяйство
  • Биржевое дело
  • Банковское дело
  • Астрономия
  • Архитектура
  • Арбитражный процесс
  • Безопасность жизнедеятельности
  • Административное право
  • Авиация и космонавтика
  • Кулинария
  • Наука и техника
  • Криминология
  • Криминалистика
  • Косметология
  • Коммуникации и связь
  • Кибернетика
  • Исторические личности
  • Информатика
  • Инвестиции
  • по Зоология
  • Журналистика
  • Карта сайта
  • Сперанский – великий русский реформатор

    И тем не менее указ о Государственном совете произвел сильное впечатление среди высшей администрации и в дворянских кругах. Самые разнообразные обвинения посыпались на голову Сперанского. В новом учреждении видели разом и умаление роли Сената, и опасность произвола со стороны Совета, и в то же время ограничение самодержавия.

    Под давлением оппозиционных сил Александр 1 стал все больше игнорировать Государственный совет. Он уже перестал быть законосовещательным органом в полном смысле слова. Его заваливают различными не свойственными ему проблемами. Совет рассматривает то сметы расходов и доходов Москвы и Петербурга, то уголовные и гражданские дела. Император стал издавать законы без рассмотрения их в Совете. Фигура Аракчеева заслонила собой весь Государственный совет. Мнение всесильного временщика было для Александра 1 более авторитетным.

    И все-таки Государственный совет действовал и оставался формально законосовещательным органом Российской империи. Каждый департамент возглавлялся председателем. На пленарном заседании председательствовал сам император, в его отсутствие- один из членов Совета по его назначению. Для производства дел Совета была учреждена государственная канцелярия под управление государственного секретаря, докладывающего вопросы на общем собрании и заведующего всей исполнительной частью. При Совете находилась комиссия составления законов и комиссия прошений.

    М. М. Сперанский в октябре 1809г. представил императору записку, в которой рассматривался порядок приведения в жизнь всех начертаний «Плана всеобщего государственного образования», как называл реформатор свой трактат «Введение к уложению государственных законов». Он предложил прежде всего открыть 1 января 1810г. Государственный совет, что и было сделано, произвести преобразования в прежних министерствах и учредить новые. К маю, как надеялся Сперанский, «государственное уложение… не только будет составлено, но во всех частях и рассмотрено Государственным советом», и «потому можно будет положить первые начала его введения». Для этого он предлагал обнародовать манифест для создания комиссии для сочинения нового уложения», «назначить выборы депутатов из всех состояний, взяв предлогом издание гражданского уложения» с рассмотрения депутатских наказов следовало назначить канцлера, т.е. председателя Государственной Думы, которому депутаты обязаны предъявить свои полномочия.

    Заседание Думы 1 сентября 1810г. предполагалось начать с рассмотрения гражданских законов, а затем если не встретится «каких-либо непреоборимых препятствий», планировалось предложить государственное уложение, утверждаемое «общею присягою». С этого времени Государственная дума должна была занять отведенное ей в системе государственных преобразований место. А затем по плану Сперанского следовало образовать и судную часть. Сенат должен встать в ряд государственных органов.

    М. М. Сперанский очень много работал. Из отчета за 1810г., представленного Сперанским Александру I  11 февраля 1811г., ясно видно, что автор не терял надежду на осуществление коренных преобразований государственного строя. «Отлагая до лучших обстоятельств всеете предложения, которые собственно принадлежат к устройству законодательного порядка», но он намечал очередные работы и в числе их указывал на необходимость устройства сенатов судебного и правительствующего.      

    М. М. Сперанский не отказался от своих планов преобразования государственного строя. Вовсе нет. Его здоровье, как видно из письма к Столыпину в октябре 1811г. резко ухудшилось из-за сильнейшего переутомления и оттого, что приходилось признавать свои планы «неосуществимыми затеями».

    Этот великий шаг в народной жизни, этот переход от самовластия к истинной монархии совершенен  по мнению Сперанского, потому что учреждением Совета дает правительство дает обществу гарантии в своем направлении. Первый шаг от абсолютизма к конституционной монархии был сделан. Правда шаг робкий. «Но пользу сего учреждения должно измерять не столько по настоящему, сколько по будущему его действию»,- писал Корф М.М. Сперанскому.

    Итак, целью правительственной системы, которая открывалась первой реформой Сперанского, ставилось доверие общества- доверие не к лицу, а к прочности государственных учреждений, охраняющих права граждан и целость народных интересов.

    5.Власть административная

     

    Нет сомнения, что созданием министерств в 1802г. было положено начало устройству государственного управления. Сперанский в то время так охарактеризовал образование административных органов империи: «Нет между сим порядком и тем, который ему предшествовал. Если бы крутые обстоятельства политические постигли Россию в том неустройстве, когда все гражданское управление состояло в хаосе дел, вверенных почти одному генерал-прокурору, тогда замешательство и затруднение дошло до самой высшей степени и не только движение частей не было бы соразмерно быстроте происшествий, но и совсем бы в некоторых отношениях оно остановилось».

    Во «Введении к уложению государственных законов» Сперанский предлагал по возможности «усовершенствовать и усилить» устройство административно-исполнительных органов. Для этого нужно прежде всего знать его недостатки и определить основные причины, не позволяющие функционировать данным органам необходимым образом.          

    1.      Недостаток ответственности.

    Ответственность министра состоит в том, что он должен четко выполнять действующий закон, и эта его обязанность «должна быть существенною». А ответственность министров, как говорил Сперанский, не могла у нас существовать в полной мере, так как сам закон не стоит на твердой основе, не выражает мнение всех сословий и принят самодержцем. «А от сего недостатка,- замечал он,- происходит, что все действия его восприняли как вид произвола и вместо правильного суда подверглись сим странным, так сказать, пересудам, где мнение общественное, не находя свойственной ему точки соединения, теряется в пустых догадках и нареканиях и вместо того, чтобы служить оплотом достоинству правительства, само падает в злославие». Другими словами, трудно исполнять законы, которые не находят понимания в обществе и часто им опровергаются. Министрам в таких условиях ничего не оставалось как или откланяться от их исполнения, или «с горечью и молчание переносить тяжесть своего положения». И в этом Сперанский видел основную причину того, что правительство уклоняется от исполнения законов, «кои предполагают силу и твердость», и занимается текущими делами.

    2.      Некоторая неточность и несоразмерность в разделении дел.

    Порядок исполнительный по своей сути есть не что иное, как способ, которым законы претворяются в жизнь. Следовательно, сколько есть разнообразных частей закона, столько и должно быть отдельных органов исполнения. Сперанский в порядке исполнительском определил.

    а) внешние сношения;

    б) устройство личной безопасности;

                в) публичная экономия;

                г) устройство внутренней безопасности

                д) устройство и надзор суда.

                Исходя из этих главных направлений и следовало бы формировать министерства. «Нельзя предполагать,- писал Сперанский, что- из сих частей имела одинаковое пространство». Так публичная экономия, по его мнению, предполагает два вида министерства» народной промышленности, доходов и расходов. Как было отмечено выше, министерство внутренних дел занималось и промышленностью и полицией, и финансовыми вопросами, и добычей соло, и проблемами европейского населения.

    3.      Недостаток точных правил или учреждений, на основе которых должно действовать министерство.

    При создании министерств были определены их штаты, оклады чиновников, переименованы канцелярии в департаменты, и на этом все работа по реорганизации закончилась. Поручалось каждому министру разработать уставы и положения, которыми бы был очерчен круг обязанностей, права, взаимоотношения с другими ведомствами, порядок работы с последующим рассмотрение и утверждением Государственным советом.

    Однако работа это не была проведена, «отсюда происходит, что развлеченное на множество текущих дел внимание не может обозреть их в целости и вместо того, чтоб остановится на главных и существенных усмотрениях, непрестанно рассеивается в мелком надзоре исполнения… Невозможно управлять большим кругом дел, где нет другой постепенности, как только министр, докладчик и писец».

    Видя эту неприглядную картину, Сперанский предлагал»

    1.      Определить инструкциями границы деятельности министерств, их четкую ответственность за определенную сферу деятельности;      

    2.      Упразднит министерство коммерции, присоединив его к министерству финансов;

    3.      Создать министерство путей сообщения, так как «в России все еще надобно заводить и вновь строить»;

    4.      Учредить «особое государственное казначейство» и особый же государственный контроль. Предложение это объяснялось тем, что министерство финансов занималось источниками доходов, движением входящих в казначейство капиталов, их выделением, отчетом «контролем» в расходовании средств. Министр финансов,  таким образом, сам себя и контролировал.

    5.      Создать специальное министерство полиции, которое должно включать в свою структуру:

    а). Полицию учредительную, занимающуюся паспортным режимом, надзором за зрелищными  мероприятиями, публичными собраниями и прочее, а также выполняющую роль политической полиции;

    б). Полицию исполнительную, которую вменить в обязанность пресекать все нарушения безопасности, устройство внутренней стражи, содержать разные смирительные учреждения (тюрьмы, ссыльные заведения, темницы и др.)

    6. Установить пределы деятельности министерств, подготовить внутреннюю их структуру, исходя из их целей и задач, а также распорядок работы всех их структурных звеньев.

    «Министерство,- писал Сперанский во «Введении»,- на сих основаниях составленное, т.е. окруженное законною ответственностью, соразмерное в делах своих… и снабженное уставами и учреждениями, будет действовать с силою и уважением и станет на той высоте, которую ему первое его установление предназначало, но коей оно не могло достигнуть».

                За Государственным советом следовало «новое разделение дел в порядке исполнительном». Манифестом от 25 июля 1810г. (№ 24.307) сначала было обнародовано «новое разделение государственных дел в порядке исполнительном» с подробным определением пределов их деятельности их ответственности. Манифест повторил все основные мысли и предложения Сперанского. Правда, им удалось еще одно ведомство: главное управление духовных дел и иноверных исповеданий.

                Следующим манифестом «Общим учреждением министерств» от 25 июня 1811г. (№ 24.686) было объявлено об образовании министерств, определены их штаты, порядок назначения, увольнения, производства в чины, порядок производства дел. Определены степень и пределы власти министров, их отношения с законодательной властью и, наконец, ответственность как министров, так и разных чинов, принадлежавших к составу министерских канцелярий и департаментов.

                Каждое министерство получило единообразное структурное оформление. Согласно «Общему наказу», министерство возглавлял министр, назначаемый императором и фактически ответственный перед ним. Аппарат министерств состоял из нескольких департаментов во главе с директором, а они в свою очередь, делились на отделения возглавляемые начальником. Отделения разбивались на столы во главе со столоначальником. Вся работа министерств строилась на принципе единоначалия. В «Общем наказе» категорически оговаривалось, что министрам принадлежит только власть исполнительная и в их компетенцию не входит «никакое новое учреждение или отмена прежнего». Министры назначали и увольняли чиновников, осуществляли надзор за подчиненными министерству учреждениями. Манифест 1811г., по сути, дал министерствам власть в своей отрасли безграничную.

                Проведенная в жизнь реформа, точнее ее часть, была бы значительно эффективнее при условии подлинной ответственности министров перед собранием представителей – Государственной думой, как и предполагал Сперанский. Однако действительность была такова, что он вынужден был в спешном порядке разрабатывать новые условия ответственности. Министры оказались вынужденными испрашивать отмену ограничения и дополнения прежних дополнений прежних положений у Государственного совета, у Правительствующего сената или у государя. Сперанский хорошо осознавал ущербность этих ограничений, так как они ослабляли силу закона.

                Автор реформы определил также круг дел, который рассматривался директорами министерских департаментов. Он понимал, что при безответственности министров перед представительным органом крайне необходима коллегиальная форма правления в министерстве. В этих целях Сперанский настойчиво проводил в жизнь создание советов министра и общие присутствия департаментов.   Однако их значение было ничтожно, так как совет состоял из лиц, полностью зависимых от министра. Министр теперь имел возможность принуждать все подчиненные ему органы и лица к исполнению законов, всякое дело министр мог по своему усмотрению истребовать к своему рассмотрению. Для того времени министерства оказались гибкими органами исполнительной власти. Но пока общая реформа не была осуществлена, эти первые преобразования не могли дать желаемого эффекта. Впоследствии из ссылки Сперанский писал: «Блистательнее может быть, было бы все установления сего плана, приуготовив вдруг, открыть единовременно: тогда они явились бы все в своей стройности и не произошло бы никакого в делах смешения… Многие, не знаю плана реформы, судили о намерениях наших по отрывкам, порицали то, чего еще не знали, и, не видя точной цели и конца перемен, устрашались вредных установлений».

                Спрашивается, насколько удачно было это переустройство министерской системы? Пожалуй, самая сильная сторона реформы Сперанского- внутренняя организация министерств. Отныне коллегиальное начало уничтожено и министерства «установлены на этот конец, чтобы непрерывным действием их и надзором доставить законам и учреждениям скорое и точное исполнение».

                Итак, по замыслу Сперанского исполнительная власть должна была находиться между законодательной и судебной. Не издавая законов, эта власть не ограничивалась лишь применением их. Она должна была определять пути и методы претворения законов в жизнь. А отсюда- право издавать предписания и регламенты в пределах, указанных законом. От суда исполнительная власть отличается уже тем, что не карает зло, но предупреждает или пресекает его. От исполнительной власти требовалось, чтобы, не нарушая права, приносить пользу. Ей необходимо действовать оперативно, она не должна быть связана в каждом своем действии ни стеснительными формами суда, ни частыми совещаниями собственных представителей.

                Сперанский неоднократно обращал внимание на то обстоятельство, что «коллегиальные формы медленные и осторожные с трудом приспосабливаются к управлению». Он приводил в качестве доводов комические рассказы о том, как австрийские генералы проигрывали сражения вследствие беспрестанного вмешательства военных советов. Хорошо исполнить можно было только собственные планы. Единоличный характер административной власти он объяснял еще тем, что за решение, которое принято многими, в сущности, никто не отвечает. Не только юридическая, но и нравственная ответственность слабеют. Наконец, действие в интересах всего общества, а не отдельных лиц дает исполнительной власти возможность интересы личные подчинять общественным.

                Между тем, отмечал М.М. Сперанский, ничего не может быть вреднее постоянного вмешательства в частную деятельность, ибо убивает в ней всякую самостоятельность, делает целое общество несвободным к свободе. А отсюда вывод: для исполнительной власти контроль необходим, как независимость для судебной. Если в суде непременное условие- неприкосновенность приговора, полная свобода убеждений судьи, то управление, напротив, подчиняется принципу строгой ответственности. Как же тогда согласовать это требование с потребностью единоличной власти, быстрой и последовательной? Сперанский рассуждал следующим образом: личный элемент не может быть не только изгнан отсюда, но даже и занять второстепенное место. Без личной инициативы хорошее управление также невозможно, как успех промышленного предприятия. Остается, следовательно, организовать контроль, чтобы он стеснял свободы и ответственности лиц.

                Претворить в жизнь эти идеалы в стране с застывшими формами правления было трудной задачей. Перед Сперанским лежал двоякий путь. В зените славы он мог посягнуть на изменение всех прежних государственных установлений, но мог также воспользоваться старыми институтами, вдохнув в них новую жизнь. Как известно, он предпочел второй путь.

                Таким образом, завершился первый этап реформы Сперанского, которая очертила признаки власти законодательной и власти исполнительной, административной, как назвал ее реформатор. Не переоценивая важности первого этапа задуманной реформы, можно с уверенностью сказать, что по стройности системы, четкости и строгой логической последовательности, по ясности ее первый этап не знал себе равных в Европе.

                Однако работа продолжалась. И пожалуй, самым неразработанным институтом у Сперанского оказался Комитет министров. Он видел в нем орган совещательный, где министры должны рассматривать дела, «требующие общего министров собрания».

                20 марта 1812г. было обнародовано «Учреждение Комитета министров». Этим документом он определялся как высший административный орган. Комитет состоял из 15 членов: 8 министров, 4 председателя департаментов Государственного совета, главнокомандующий Петербурга, начальник главного штаба и начальник морского штаба. Председателем Комитета (он же председатель государственного совета) был князь Н. И. Салтыков, но дела, рассматриваемые Комитетом, докладывались Александру I А. А. Аракчеевым.

                На комитет возлагалось рассмотрение дел, по которым «необходимо общее соображение  и содействие» (весьма расплывчатая формула).

                Создание подобного органа было не чем иным, как полным игнорирование принципа разделения властей, подчинение законодательной власти высшей администрации. Довольно часто Комитет по инициативе того или иного министра стал рассматривать законопроекты, которые потом утверждал Александр I. Вместо органа, объединяющего и направляющего деятельность министерств, Комитет министров в своей деятельности или подменял министерства, или занимался делами, не свойственными исполнительной власти. Он мог отменить решение сената и одновременно с этим рассмотреть по первой инстанции малозначительное уголовное дело. Деятельность этого мало кому понятного органа унижала авторитет Государственного совета и Сената, отнимала у министров время для занятия важными делами.

                «Власть»,- говорил Сперанский,- должно различать от самовластия. Власть(основанная на законах) дает силу правительству, а самовластие ее разрушает, ибо самовластие, даже и тогда, когда оно поступает справедливо, имеет вид притеснения… Правильное законодательство дает более истинную силу правительству, нежели неограниченное самовластие. В Англии закон дает правительству власть, и потому оно может быть там сильно, в Турции закон дает правительству самовластие, и потому оно там всегда должно быть слабо. Известно, что в России власть правительства не ограничена, а потому  истинная сила правительства в сем отношении всегда у нас весьма слаба и пребудет таковою, доколе закон не установит ее в истинных ее отношениях».

    Страницы: 1, 2, 3


    Приглашения

    09.12.2013 - 16.12.2013

    Международный конкурс хореографического искусства в рамках Международного фестиваля искусств «РОЖДЕСТВЕНСКАЯ АНДОРРА»

    09.12.2013 - 16.12.2013

    Международный конкурс хорового искусства в АНДОРРЕ «РОЖДЕСТВЕНСКАЯ АНДОРРА»




    Copyright © 2012 г.
    При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна.